ПОИСК
Украина

Крым мы теряли шаг за шагом с первых дней независимости, — вице-адмирал Сергей Гайдук

8:06 25 июня 2020
вице-адмирал Сергей Гайдук

Послы Европейского Союза, приняли решение, которое дает «зеленый свет» очередному продлению санкций в отношении России за аннексию Крыма. Борьба за украинский полуостров продолжается. Но, вспоминая события марта 2014 года, многие из нас неоднократно задавали себе вопрос: можно ли было тогда отстоять Крым?

Почему украинские военные не стреляли в ответ, когда «зеленые человечки» захватывали военные объекты? Каким на момент начала аннексии было соотношение сил между Украиной и Россией на полуострове? На эти и другие вопросы в интервью «ФАКТАМ» ответил командующий Военно-морскими силами Украины в 2014—2016 годах вице-адмирал Сергей Гайдук.

«Черноморский флот после развала СССР поделили в пропорции приблизительно 80 на 20 в пользу России»

— Сергей Анатольевич, как вы считаете, мы могли предусмотреть ситуацию с потерей Крыма в 2014 году? Могли что-то предпринять, чтобы Крым остался все-таки украинским?

— События в Крыму являются одной из очередных трагических страниц истории нашего государства и национального флота. Крым — это не военная, а политическая проблема, которая возникла фактически с первых лет независимости Украины.

Если проанализировать российские документы государственного уровня, которые были приняты после развала Советского Союза, то одними из первых были документы о денонсации постановления относительно передачи Крыма Украине и о российском статусе города-героя Севастополь. Это был своего рода вызов Украине со стороны Кремля.

Можно вспоминать чреду событий, которые предшествовали оккупации полуострова. Например, раздел Черноморского флота бывшего Советского Союза, являвшегося яблоком раздора между Украиной и Россией вплоть до подписания «большого договора о дружбе». Вы помните, как его поделили? В пропорции приблизительно 80 на 20 в пользу России. После раздела Черноморского флота, Украина получила 140 боевых кораблей, катеров и судов обеспечения. За период независимости было списано на металлолом 65, а достроили по проектам бывшего Советского Союза всего лишь 5. Далее еще интереснее: около 70% вооружения на этих кораблях российского производства.

Оккупация Крыма носила системный, плановый и агрессивный характер со стороны России. В противовес пассивному реагированию на эти вызовы и угрозы украинских властей, включая игнорирование или принятие несвоевременных решений на государственном уровне, которые касались и населения Крыма, и в целом ситуации на полуострове. Это дало возможности Кремлю совершить множество последовательных шагов, направленных на подготовку к оккупации. Например, срыв международных учений «Sea Breeze», которые должны были проходить в Крыму. Можно сказать, что это была предварительная «гибридная» подготовка к оккупации и апробация порядка действий с одновременным прокси-вызовом со стороны России украинской системе нацбезопасности.

Кроме того, стоит вспомнить эпопею с Тузлой в 2003 году, а вместе с тем отсутствие морской государственной границы в Керченском проливе и в Азовском море. Можно вспомнить грузинскую пятидневную войну, когда Черноморский флот России, базировавшийся на украинской территории, принимал в ней участие. Не стоит забывать и про Харьковские соглашения 2010 года, согласно которым был продлен срок дислокации российского флота на территории Автономной республики Крым на 25 лет.

— Чей это просчет, как вы считаете?

— Я думаю, это ошибки всех ветвей украинской власти.

Мы Крым теряли шаг за шагом: отсутствием своевременных политических и управленческих решений, закрыванием глаз на проблемы, которые лежали на поверхности. Этим и воспользовалась РФ.

Знаете, злокачественная опухоль не рассасывается сама по себе, она требует хирургического вмешательства. В данной ситуации со стороны украинской власти этого вмешательства просто не было.

Читайте также: «В Крыму я с ужасом осознала, что руководители России бесстыдно лгут с экрана телевизора»

— Но власть много раз менялась с первых дней независимости Украины…

— Это системный и наследственный просчет всех ветвей власти, начиная с момента независимости Украины и вплоть до оккупации. Постараюсь объяснить и начну издалека.

На момент начала оккупации Украина так и не смогла переломить русскую идеологию в Крыму. Мы проиграли борьбу за людей, проживающих на полуострове, мы проиграли информационное пространство, а точнее, даже и не делали попыток их выиграть. Власти Крыма и Севастополя, несмотря на киевские назначения, были приверженцами пророссийских настроений. Фундаментом для этого являлись многолетние попытки Кремля восстановить российский статус Крыма и Севастополя. И неудивительно, что в Крыму в течение ноября 2013 — февраля 2014 происходила консолидация пророссийских сил, организовывались отряды «самообороны», создавалась политическая и военная архитектура управления оккупацией полуострова.

Крым является урбанизированной территорией, потому что основная масса населения по состоянию на 2014 год проживала в приморских городах-портах — Керчь, Севастополь, Ялта и Феодосия — и столице автономии Симферополе. Все политические и протестные всплески проходили именно в этих городах.

«Крымчане больше ждали Дня российского флота, потому что не могли запомнить, когда наш, украинский, праздник»

— Возникает вопрос, почему основу протестных движений составило население именно этих городов? — продолжает Сергей Гайдук. — Ну не все же среди них были завезенные казачки или «титушки»? Одна из причин этих протестов была, на мой взгляд, — отсутствие системной государственной морской политики.

В приморских городах жили и работали целые династии моряков — людей, которых море воспитало, научило и дало работу. Игнорирование украинской властью их чаяний и проблем дало, как говорят, обратный эффект.

— Да, вы правы. В 1990-е после свадьбы я проводил свой медовый месяц в Крыму и помню, как там местные жители реагировали на украинский язык.

— Очень негативно реагировали. Крым жил «своей жизнью». Неужели кто-то не видел, как системно закладывалось яблоко раздора между украинскими и русскими военными в Крыму. Посмотрите на социальную и идеологическую стороны военной среды того времени. Образ «легендарного русского моряка» всегда был на слуху, чего не скажешь об образе украинского моряка. Мы не раз обращали внимание руководства государства и Вооруженных Сил, что не может быть такого дисбаланса, разницы в денежном и социальном обеспечении между военнослужащими ЧФ России и ВМС Украины, что Россия политически переигрывает нас.

Читайте также: Владислав Селезнев: «На Донбассе не было так страшно, как в Крыму»

Кто не видел, каким образом избиралась и назначалась крымская и севастопольская власть? Взять хотя бы Верховную Раду Крыма 2014-го — 99 человек, а сколько из них имели проукраинские взгляды? Если не ошибаюсь, там были только 4 депутата от Курултая и 3 внефракционных, а все остальные — с российской «весной» в голове. Если детально изучить протоколы сессий Севастопольского городского совета о выделении земельных участков под строительство жилья для военнослужащих ЧФ России и ВМС Украины, вы будете шокированы: ВМС — на окружной дороге Севастополя и за нею, а ЧФ — на участках, прилегающих к морской акватории. Как говорят, знайте свое место!

И таких примеров пошагового формирования негативного имиджа Украины в Крыму было много. В целом оккупация Крыма была лишь составляющей общего замысла длительной полномасштабной российской агрессии против Украины.

— Насколько мне известно, в Крыму даже День российского военно-морского флота считался более значительным праздником, чем День ВМС Украины.

— С празднованиями Дня флота происходил серьезный казус. Не знаю почему, но со сменой власти и приходом нового президента у нас менялась дата празднования Дня Военно-морских сил Украины. Россияне по этому поводу над нами подшучивали. Наверное, люди больше отмечали День российского флота в том числе и потому, что не могли запомнить, когда наш, украинский, праздник. И конечно, свою роль играла традиционность и ностальгия севастопольцев по Советскому Союзу.

С россиянами в Крыму у нас всегда были непростые отношения. Мы то сходились, проводили общие мероприятия, потом расходились, потом опять сходились — напоминает флотскую тельняшку.

«Меня назначали командующим ВМС Украины по телефону»

— Давайте вспомним 2014 год, когда впервые в Крыму появились так называемые «зеленые человечки». Какое настроение царило среди украинских военных, среди населения? Была ли какая-то паника? Понимали ли военные моряки, что происходит что-то серьезное, что нужно этому как-то противостоять? Каковы ваши впечатления? Вы же это все своими глазами видели? В те дни вас назначили командующим Военно-морскими силами Украины.

— На крымскую ситуацию можно смотреть с разных точек зрения. О политической мы немножко поговорили, а теперь давайте посмотрим на нее с военной точки зрения.

Если говорить о формах применения войск, то командир любого уровня должен понять замысел «старшего начальника» и ответить на вопросы: для чего это делается? с какой целью? где, когда, как? При этом понимая ответственность за возможные потери среди личного состава и техники. «Положить» людей, потому что их надо просто «положить»? Это не лучшее решение. Вот, вспомнил дискуссию американского и советского генералов времен Второй мировой — на вопрос американца по преодолению минных полей советский ответил: «Да для этого у меня есть пехота».

В ситуации, которая была в Крыму, мы, имею ввиду руководство флота, четко понимали: если и проводить операцию по применению Вооруженных Сил для деоккупации Крыма, то ее основу должна была составлять группировка с континентальной Украины.

Читайте также: Родня из России звонит: «В Крыму нет никаких «зеленых человечков». А я как раз с ними разговариваю, — офицер ВСУ

Учитывали и негативные настроения местного населения против украинцев, украинских военных — способствовало ли это выполнению тех или иных заданий.

На тот период, например, когда я принял управление флотом, по приказу предателей была уничтожена система скрытого управления войсками. Поэтому ко многим тактическим командирам информация доводилась с ограничениями. А это требовало командирской умеренности, воли, твердости и характера. Но не все с этой задачей справились.

С учетом того, что около 80% военнослужащих контрактной службы были крымчанами, для них родина заканчивалась пределами административной границы полуострова. И вы хотите сказать мне после этого о каком-то патриотизме, о каком-то самопожертвовании ради независимой Украины? А добавьте еще системное информационно-психологическое давление с российской стороны против родных и близких этих военнослужащих и против них самих, меры по введению в заблуждение.

После предательства Березовского (бывший командующий флотом Украины, перешедший на сторону России фактически на второй день после назначения. — Авт.) 2 марта 2014 года, я получил, как говорится, «флаг в руки». Вот так и стал командующим ВМС в условии оккупации.

Березовский ведь был назначен на должность командующего ВМС Указом президента 1 марта 2014 года, а уже 2 марта этот Указ отменили и возбудили уголовное дело о государственной измене.

Каковы мои первые впечатления после появления в Крыму «зеленых человечков»? Моряки говорят: «Оглядеться в отсеках». Есть такая команда на корабле. Вот я огляделся в отсеках и увидел, что крымской власти нет, севастопольской власти нет, украинских силовиков, то есть милиции, СБУ, прокуратуры, Внутренних войск, тоже нет. И системы управления нет. Что прикажете делать в этой ситуации?

— Украинской вертикали власти к тому времени в Крыму вообще не было? По сути вас бросили одного и назначили командующим?

— Да, украинской вертикали власти фактически не было. Командующим ВМС меня назначали в телефонном режиме. Мне позвонил начальник Генерального штаба и спросил: «Как дела?» Я ответил: ситуация очень сложная и напряженная… Но сложность ее была и в понимании того, что ты находишься в автономном плавании, то есть ни власти, ни силовиков. Все, ты остаешься один! Как говорят моряки, спасение утопающих — дело рук самих утопающих.

Со 2 по 7 марта я временно исполнял обязанности командующего, а это еще пять дней ситуации какой-то неопределенности. Безусловно, Россия это понимала и очень быстро заполнила крымский военный и политический вакуум. Там появилось и командование Южного военного округа практически в полном составе, там появилось руководство Министерства обороны и военно-морского флота России. Политический вакуум был полностью заполнен депутатами Госдумы России. Информационная плоскость была заполнена российскими артистами, начиная от Газманова и заканчивая Цыгановой, которые пели и восхваляли русский флот. К сожалению, украинская власть в этой ситуации себя никак не проявила…

— Почему власти не реагировали?

— На период принятия командования ситуация уже была критической. Время ушло. Государственная связь нарушена, телевизионные и радиокомпании уже, по сути, российские… Информация о событиях на континентальной Украины была или заблокирована, или исковеркана.

Читайте также: Владимир Клепиковский: «Сперва россияне бросили на блокирование нашей части в Феодосии 14-летних подростков…»

— То есть с Киевом связаться не было никакой возможности? А мобильная связь оставалась?

— Понимаете, управлять войсками с помощью мобильного телефона, когда все прослушивается или «давится», — это утопия. Мобильные телефоны — не та связь, которая требуется для руководства воинскими подразделениями, в том числе и при их боевом применении.

— А у кого в момент появления «зеленых человечков» в Крыму было численное преимущество? У украинских военных или российских?

— На период мартовских событий баланс по личному составу между украинскими и российскими флотами был где-то 50 на 50. По боевому потенциалу — россияне были на голову выше.

— А где базировались россияне? В Севастополе? Или они десантировались на полуостров?

— На период начала активных действий в Крыму российский Черноморский флот имел где-то приблизительно 12−13 тысяч личного состава, дислоцировались в Севастополе и Феодосии. Кроме российского флота, в Крыму еще дислоцировались их воздушные силы на аэродромах Кача и Гвардейское.

«Население в Крыму в основном было негативно настроено против украинских военных»

— У Украины вообще не было возможности дать отпор оккупантам в Крыму?

— Была. Но нужно было начинать действовать, на мой взгляд, еще 27 февраля, когда произошел захват административных зданий в Симферополе. Тогда еще было время что-то сделать по всем канонам проведения антитеррористической операции под руководством СБУ.

Мы не должны забывать, что информационные атаки со стороны России продолжаются. На мой взгляд, для деконсолидации украинской нации периодически распространяются «вбросы» и попытки втягивания в дискуссию типа «сдали Крым без единого выстрела», «почему матрос не стрелял», «военные моряки сдали Крым» и так далее. В своих публичных выступлениях я говорил и продолжаю говорить, что не могу согласиться с такими заявлениями. Они не соответствуют действительности, более того — являются вредными для общества. Аргументов и примеров предостаточно — только большой десантный корабль «Константин Ольшанский» для борьбы с боевыми пловцами и быстроходными катерами использовал свыше 1500 гранат.

Но надо искать ответ на более сложные вопросы: кто и зачем это делает? Кто заказчик этого дискурса? Почему крымская проблема переводится из политической в военную плоскость, даже не тактического уровня?

Читайте также: Украинский военный летчик: «В Крыму „зеленые человечки“ могли сбить нас в любую минуту»

—  Была ли эвакуация наших военных на материковую Украину самым лучшим выходом из сложившейся ситуации? Лучше, чем с оружием в руках попытаться отстоять свою землю?

— Эвакуация состоялась уже после того, как был Указ исполняющего обязанности президента Александра Турчинова и решение СНБО. 24 марта было принято решение об эвакуации, а до этого решений никаких не было.

Наши действия в Крыму в марте 2014-го позволили «послемайдановскому» руководству понять и адекватно оценить ситуацию, которая сложилась на тот период, принять соответствующие решения. Плюс время, чтобы сделать определенные политические шаги в направлении международного сообщества и привлечь внимание к возможной полномасштабной агрессии по отношению к Украине.

Цена вопроса была слишком велика — целостность и независимость Украины. То, что нам удалось создать месячный гандикап, это, безусловно, большая заслуга. Это не жертвенность ВМС, это последовательность шагов более высокого уровня. И это сопротивление российской оккупации Крыма дало возможность перегруппировать войска с западного направления на восточное. Ведь согласно концепции того времени — «враг» у нас был на западе, а на востоке был «друг, старший брат, товарищ». Но в 2014-м оказалось все с точностью до наоборот. Поэтому наша задача была одна: мы должны были дать возможность принять те единственные правильные решения, которые позволили бы не потерять Украину и не расколоть ее на куски, как это планировала страна-агрессор.

А что касается «глашатаев», которые кричат об «измене» и «сдали без выстрела Крым», то это люди, которых используют в качестве винтиков информационной войны России против Украины. К моему большому удивлению, путь от героизации ВМС Украины до предательства оказался очень коротким, и общество почему-то с удовольствием верит в эту «желтизну», верит в надуманную сенсацию, в такие нелепые вещи. Думаю, что время все расставит по своим местам.

Читайте также: Сегодня Крым ближе к Украине, чем был в начале 2014 года, — Андрей Сенченко

Вторую часть интервью с вице-адмиралом Сергеем Гайдуком читайте здесь.

5835

Читайте нас в Telegram-канале, Facebook и Twitter

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL+Enter
    Введите вашу жалобу
Следующий материал
Читайте также
Новости партнеров

© 1997—2020 «Факты и комментарии®»

Все права на материалы сайта охраняются в соответствии с законодательством Украины

Материалы под рубриками "Официально", "Новости компаний", "На заметку потребителю", "Инициатива", "Реклама", "Пресс-релиз", "Новости отрасли" а также помеченные значком публикуются на правах рекламы и носят информационно-коммерческий характер